Преобразующий иск

Недействительность сделок в Гражданском праве

Дипломная работа — Юриспруденция, право, государство

Другие дипломы по предмету Юриспруденция, право, государство

�о законодательства 1991 г. и Закон РФ «О товарных биржах и биржевой торговле» от 20.02.1992г. их предусматривают. Особенность таких сделок заключается в особом статусе субъектов, их совершающих, месте совершения и предмете сделки. К биржевым сделкам могут быть отнесены сделки, совершаемые на бирже с товаром, допущенным к обращению па бирже. Указанных признаков, на наш взгляд, недостаточно, поскольку совершать сделки на бирже могут только лица, имеющие право участвовать в биржевых торгах. Все эти признаки должны быть налицо для признания сделки биржевой.

Выделяют также фидуциарные (от лат.fiducia доверие) сделки, которые имеют доверительный характер. Так, поручение, комиссия, передача имущества в доверительное управление связаны с наличием так называемых лично-доверительных отношений сторон. Особенность фидуциарных сделок состоит в том, что изменение характера взаимоотношений сторон, утрата их доверительного характера могут привести к прекращению отношений в одностороннем порядке.

Например, поверенный и доверитель в договоре поручения вправе в любое время отказаться от договора. Действующий ГК содержит определение недействительных сделок как оспоримых и ничтожных (ч.1 ст. 166). Сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Такое различие в терминологии не является случайным. И деление недействительных сделок на оспоримые и ничтожные представляется вполне оправданным. Гражданский Кодекс РСФСР, принятый Верховным Советом РСФСР 11 июня 1964 года не содержал подобного деления, но в различных постановлениях гражданского законодательства употреблялись неодинаковые выражения. ГК 1964 года говорит о недействительности сделок при несоответствии их требованиям закона (ст.48), при совершении сделок малолетним лицом или лицом, признанным недееспособным (ст.ст.51 и 52 ), при противоречии сделки целям, указанным в уставе юридического лица (ст. 50), при заключении мнимой и притворной сделок (ст. 53), а также в некоторых случаях нарушения формы сделок (ст.45.). В остальных случаях ГК говорит «о признании сделок недействительными по иску». Таким образом, такое различие терминологии правильно передает существо различных категорий недействительных сделок. Среди недействительных сделок нормы права различают такие сделки, которые являются недействительными с момента их совершения — их называют ничтожными или абсолютно недействительными. Сделка недействительна сама по себе, и суд обязан объявить ее таковой, установив те обстоятельства, в силу которых она должна быть аннулирована. В других случаях сделки не являются недействительными сами по себе, а являются действительными до тех пор, пока по иску о признании их недействительными, они не будут признаны таковыми — их называют оспоримыми или относительно недействительными.

Требования о применении последствий недействительности ничтожных сделок могут быть предъявлены любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе (п.2.ч.2 ст.166ГК).

Деление недействительных сделок на оспоримые и ничтожные имеет не столько теоретическое, сколько практическое значение. Во-первых, поднять вопрос о действительности оспоримых сделок могут только лица, указанные в ГК. Это, как правило, вторая потерпевшая сторона, либо действующая под влиянием заблуждения и некоторые другие лица. Недействительность ничтожных сделок заранее предрешена законом, и отсюда следует, что обратиться с требованием, признать ее недействительной может любое заинтересованное лицо, либо суд по собственной инициативе. Во-вторых, это имеет значение, главным образом, для определения последствий недействительности оспоримых и ничтожных сделок. В отличие от оспоримой ничтожная сделка является недействительной независимо от ее признания таковой судом. И если в ничтожной сделке не ставится вопрос о возврате переданного по сделке, то она не нуждается в том, чтобы суд признал ее недействительной, как при оспоримых сделках. Но даже если никаких вопросов , связанных с последствиями ничтожных сделок не возникает, для сторон важно установление судом факта недействительности сделки. Здесь Брагинский М.И. справедливо предлагает при решении этого вопроса учитывать существенное различие в природе двух исков: одного о признании оспоримой сделки (преобразующий иск), а другой — о признании сделки ничтожной (иск о признании).

Но бывают случаи, когда лицо может просить не признавать сделку недействительной, даже если на то имеются основания, предусмотренные законом.

Это последствия нарушения нотариальной формы сделки и государственной регистрации (ст. 165 ГК) и заключение сделок лицами, признанными недееспособными (171 ГК). Таким образом, хотя и ничтожная сделка будет недействительной с момента ее заключения и без решения суда, такое решение необходимо для того, чтобы внести ясность в отношения между сторонами и другими заинтересованными лицами.

1.3.Условия действительности сделок

Сделка представляет собой единство четырех элементов: субъектов лиц, участвующих в сделке, субъективной стороны единства воли и волеизъявления, формы и содержания. Порок любого или нескольких элементов сделки приводит к ее недействительности. Недействительность сделки означает, что за этим действием не признается значение юридического факта, в связи с ч�

Понятие иска.

Иск — требование юридически заинтересованного лица (истца), обращенное к суду первой инстанции о защите нарушенного или оспариваемого субъективного права или охраняемого законом интереса, установленным законом способом на основании указанных фактов, с которыми оно связывает неправомерные действия ответчика.

В иске различают три составные части (элемента): содержание, предмет и основание.

Иск защищает субъективное право. Но всякое ли субъективное право может защищаться иском? Нет, не всякое. Во-первых, здесь следует указать на ограничения, налагаемые отраслевой принад­лежностью защищаемого права. В этой связи мож­но выделить несколько точек зрения на объект ис­ковой формы защиты.

Так, одни авторы утверждают, чтоиск есть средство защиты гражданского (в широком смыс­ле) субъективного права, т. е. иском защи­щаются субъективные гражданские, семейные, трудовые и некоторые другие права. При этом характер защи­щаемого права оказывает воздей­ствие на формиро­вание такого средства защиты, как иск. Причем для однихиск — само субъективное материаль­ное право, находящееся в состоянии, готовом к не­медленному принудительному осуществлению в отношении нарушителя’. Такую возможность обеспечивает кон­фликтная ситуация, преобразующая субъективное право в материально-правовое притязание к обязанному ли­цу. Данная точка зрения на природу иска является дуалистиче­ской, т. е. отрица­ющей наличие единого понятия иска. Она предлагает рассматривать иск в двух плоскостях: с точки зрения материального права (требование, обращенное к обязанному лицу) и с точки зрения процессуального права (требование, обращен­ное к компетентному органу о защите нарушенного или оспариваемого субъек­тивного права). Связь между материальным и процессуальным правом объясня­ется через конфликтную ситуацию (т. е. через правонарушение), которое, с одной стороны, приводит субъективное право в состояние готовности к не­мед­ленному принудительному осуществлению, а с другой стороны, преобразует об­щую процессуальную правоспособность (способность иметь процессуальные права и обязанности — ст. 31 ГПК) в право возбудить и поддерживать судебное рассмотрение данного конкретного гражданско-правового (в широком смысле) спора с целью его разрешения, т. е. в право на правосудие по конкретному делу.

Другая группа авторов придерживается монистического взгляда на иск, считая его одним из правомочий, вытекающих из определенного права, а не самим нарушенным или оспариваемым правом 2 , требованием «об устранении нарушения права или помех к нормальному пользо­ванию правом, предъявлен­ным одним лицом к другому для принудительного осуществления через суд или иной специальный орган и подле­жащим рассмотрению в определенном Процессуальном порядке». Тем самым материально-правовое требование (представляя одну из сторон иска) оказывается объединенным в единый ком­плекс 5 с процессуальным требованием или растворенным в его элементах. Поиск качественной определенности иска переносится таким образом в плос­кость процессуальной формы.

Суть этих взглядов можно выразить следующей схематичной формулой: иском будет то материально-правовое требование, которое должно осуще­ствляться в исковой форме.

Второе направление в исследовании проблемы иска связано с полным от­рицанием влияния отраслевой принадлежности субъективного мате­риально­го права на природу иска. Здесь также может быть выделено несколько точек Зрения. Согласно одной из них, иск вообще не связан с материальным правом, а представляет собой лишь средство возбуждения деятельности суда (иного компетентного органа), является обра­щением к суду за защитой права, «ко­торую суд должен осуществить в порядке, предусмотренном гражданским процессуальным законом».

Однако такая позиция, во-первых, логически противоречива, ибо иск ис­чезал бы, как только дело принималось судом к производству. Во-вто­рых, она противоречит законодательству, которое в ряде случаев связывает поня­тие иска с материально-правовым требованием (напр., ст. 83 ГПК). В-треть­их, этот взгляд противоречит исходной посылке тех авторов, которые ее при­держиваются, т. к. создается впечатление, что иск может быть использован для зашиты едва ли не любых субъективных прав, а не только гражданских (в широком смысле).

Вторая точка зрения, не отрицая существования объективной связи мате­риального права с иском, полагает, что эта связь осуществляется через про­цессуальную форму.Иском, с этих позиций,является требование, кото­рым возбуждается гражданский процесс. Тем самым практи­чески такая связь отрицается вообще, ибо всецело сводится к правилам о подведомствен­ности, к усмотрению законодателя.

Третья точка зрения, пытающаяся доказать отсутствие ограничений, на­лагаемых отраслевой принадлежностью субъективного материального права, исходит из существования связи между материально-правовым и процессу­ально-правовым требованиями. Однако при этом утвержда­ется, что сущ­ность исковой формы защиты определяется особым характером субъективно­го материального права, его спорностью.

Что понимать под термином «спор»? Если исходить из того, что спором являются разногласия сторон (как это делал, в частности, придержи­вавший­ся этой точки зрения проф. А.А. Добровольский), то можно прийти к выводу о наличии спора в любых правоотношениях, а отсюда — о возможности ис­пользования исковой формы для защиты любых требований.

С другой стороны, многие гражданско-правовые требования оказалось бы невозможным осуществить с помощью иска (например, когда от­ветчик призна­ет требования истца, но отказывается исполнить их добровольно). Выясняется, таким образом, что понятие «спор» примени­тельно к гражданско-правовым от­ношениям нуждается в особом истолковании, а это, учитывая вышеизложенные рассуждения об отраслевой предопределенности применяемых методов, процес­суальной защиты, не может не породить сомнений в правильности данной точ­ки зрения.

Вторая группа ограничений, налагаемых на возможность защиты субъек­тивного права иском, обусловлена особенностями самого защищае­мого права. Как известно, субъективные гражданские, колхозные, трудовые и семей­ные права не всегда защищаются в исковом порядке. Что же составляет отли­чительную особенность субъективных прав, которые могут быть реализованы с помощью иска?

Во-первых, обязательным условием «подключения» гражданско-процессуального механизма является наличие спора о праве. Отсюда, во-вто­рых, иском будет требование рассмотреть и разрешить спор о нраве гражданском. Это, разумеется, не означает, что под «спором о праве» нужно понимать любые разногласия сторон. Законодательство связывает понятие спора не любыми материально-правовыми отношениями. Спор о праве может возникать из отношений юридически равных лиц, даже если он обусловлива­ется различными правонарушениями (пре­ступлением, проступком, граждан­ским правонарушением).

В-третьих, спор о праве не может отождествляться с самим нарушенным субъективным правом. Он основан на требовании одной стороны к другой, вновь возникающем в связи с совершенным правонарушением, а не на видо­измененном субъективном праве, как утверждал М.А. Гурвич, для которого спор о праве гражданском есть особое состояние субъективного права. Так, для того, чтобы начать процесс, требовалось бы уже на стадии предъявления иска убедиться в наличии субъективного права, т. е. спора о праве, являюще­гося необходимой предпосылкой возникновения процесса, или допустить беспредметность судебного процесса. Однако это невозможно сделать без рассмотрения дела по су­ществу.

Дата добавления: 2015-04-18 ; просмотров: 10 ; Нарушение авторских прав

Глава 4. Методические рекомендации по построению системы маркетинг-менеджмента в инвестиционно-строительной сфере

4.2. Модели и методы разработки стратегии маркетинг-менеджмента в строительстве

Маркетинг-менеджмент как особый вид управленческой деятельности, сочетающей в себе управление внутренней структурой субъекта ИСК и его позициями во внешней среде, должен обладать специфическим методическим инструментарием. К этому инструментарию предъявляются следующие требования:

— он должен включать методы и приемы, свойственные маркетингу и менеджменту;

— он должен обеспечить сочетаемость этих методов;

— с его помощью должна быть обеспечена возможность компромисса в случае неполной сочетаемости методов;

— он должен способствовать эффективному внедрению инноваций, преобразующих деятельность субъектов ИСК в деятельность предпринимательского типа;

— в нем должна проявляться стратегическая значимость управлением ИСК, всегда ориентированным на долгосрочную перспективу в силу самого характера строительных объектов, эксплуатирующихся в течение чрезвычайно длительных периодов времени.

Учитывая эти требования, предлагается выделить ключевые принципы методического обеспечения маркетинг-менеджмента в ИСК:

— принцип стратегической ориентации управленческого инструментария;

— принцип приоритета управления инновациями;

— принцип системности, который в данном случае охватывает два типа системных образований: ИСК как регионально-отраслевую систему и маркетинг-менеджмент как управленческую систему.

Для реализации первого принципа целесообразно обратиться к опыту стратегического менеджмента, трансформируя его в контексте поставленной задачи. В теории стратегического менеджмента известны шесть моделей построения стратегий, рекомендуемые отечественной и зарубежной научными школами в качестве основных [88, 100].

Первая из них получила название «модель планирования». Она базируется на использовании метода оптимизации решений, направленной на рассмотрение определенных четко зафиксированных проблем. Применение методов оптимизационного планирования (давшее название данной модели) подразумевает предельную конкретизацию информационного обеспечения процесса разработки стратегии и придает этому процессу рациональный характер.

Вторая модель – «модель интерпретации». В центре этой модели лежит специфика организационной структуры и организационных взаимоотношений, складывающихся на предприятии. Персонал предприятия воспринимается как собрание сообществ, имеющих схожие ценности и убеждения. Такие взаимоотношения позволяют руководству интерпретировать предприятие как свое окружение, инициируя развитие организационной культуры, свойственной данному стилю управления. При использовании модели интерпретации стратегия становится результатом реализации господствующих ценностных ориентиров, взглядов, идей.

Политическая модель стратегического менеджмента (третья в данной совокупности) базируется на неизбежности конфликтов, возникающих в ходе производственной и управленческой деятельности. Стремление к ликвидации конфликтов порождает систему компромиссов и поиск согласия между заинтересованными сторонами. Стратегия в этом случае является следствием проведения переговоров, заключения сделок, противостоящих конфронтации. Наибольшее влияние на выбор стратегических решений окажут те лица и структурные подразделения, которые обладают наибольшим влиянием.

Четвертой моделью, которая может быть использована при формировании маркетинговой стратегии, является модель логического наращивания. В ее основе заложены представления о системе управления как совокупности «стратегических подсистем», каждая из которых посвящена одному из стратегических вопросов. Построение целевого блока в этой модели опирается на осознание конкретных проблем, а не на высоко структурированный, последовательный процесс планирования. Целевые установки в этом случае могут быть достаточно неопределенными или обобщенными вследствие недостатка используемой информации. По мере поступления новой информации целевой блок, а вместе с ним и стратегические управленческие решения видоизменяются, пополняются или корректируются.

Пятая модель называется «экологической». Она основывается на анализе влияния факторов внешнего окружения и признания их основными, обусловливающими цели предприятия, его задачи и разрабатываемые способы их решения. Управленческая стратегия становится тем более определенной, чем более четко зафиксированы окружающие предприятия процессы и явления, выявлены характер и степень их воздействия, выполнен прогноз их развития в перспективном периоде. При этом базисной категорией, формирующей стратегическое поведение предприятия, является свойство адаптации управленческих решений к динамичным условиям рыночной среды. «Выживает» то предприятие, которое наилучшим образом адаптируется к своему окружению – аналогично дарвиновской теории естественного отбора.

Шестой моделью, представленной в данной совокупности, служит «модель проницательного руководства». Стратегия, соответствующая данной модели, есть стремление к претворению в жизнь взглядов и позиций руководителя предприятия и доверия к нему.

Анализируя представленные модели, следует обратиться к особенностям маркетинг-менеджмента как системы управления. Это, например, четкая целевая ориентация на проблемы рынка:

— изменение характеристик спроса, которые возникают за пределами управленческого воздействия со стороны руководства организации;

— изменение конкурентных процессов, которые также не управляемы со стороны организации;

— макроэкономические процессы, выступающие как в роли ограничителей любой бизнес-деятельности, так и в качестве стимулирующих механизмов;

— количественные и качественные изменения рыночного потенциала организации, формирующиеся под воздействием всей совокупности факторов внешнего окружения;

— развитие научно-технического прогресса, активизирующего инновационный процесс и др.

Целевые ориентиры, выстроенные в соответствии с рыночными реалиями, обусловливают необходимость использования обновленных управленческих подходов и в том числе построения стратегий управления, максимально полно учитывающих требования, предъявляемые к эффективному предпринимательству, всегда связанному с практикой рыночного хозяйствования. В этих условиях не только осуществляется корректировка целей и задач, стоящих перед отдельными бизнес-субъектами и их группами, но и изменяются стиль и методы управления, механизмы формирования конкретных решений, а также вся система мероприятий, которая может быть задействована при реализации целевых установок. При обосновании стратегических решений происходит смещение приоритетов. Доминантой становится не управление производством (производственными процессами, производственной структурой), а управление интегрированной производственно-рыночной деятельностью. Используя упрощенные трактовки, можно говорить о постепенной, целеориентированной замене управления производством системой управления рынком, который агрегирует множество факторов, детерминирующих развитие производства. При этом стратегия управления, включая совокупность структурированных решений, приобретает «рыночно ориентированный» оттенок, который находит маркетинговое отражение в термине «стратегия маркетинг-менеджмента». Тогда стратегия маркетинг-менеджмента может быть определена как стратегия управления организацией (в рассматриваемом случае – субъектом ИСК), реализующая принципы, заложенные в идеологии предпринимательства и взаимосвязывающие рыночные, производственные, финансовые, коммерческие аспекты в инициативной хозяйственной деятельности.

Такому подходу в наибольшей степени соответствует так называемая «экологическая модель» стратегического менеджмента. Если учесть, что атрибут «экологическая» появился в названии модели в связи с тем, что она ориентируется на учет факторов внешнего окружения (экологических факторов), неоднозначное восприятие данного термина применительно к ИСК не должно возникать.

Экологическая модель полностью учитывает рыночные реалии. Она обладает признаками детерминизма (отражает влияние внешней среды) и разумного волюнтаризма (базируется на использовании внутреннего управленческого потенциала организации). Стратегические управленческие решения при использовании этой модели в организациях инвестиционно-строительного профиля являются результатом осознанных действий руководителей-менеджеров, основанных на всестороннем анализе и научно обоснованном прогнозе детерминирующих факторов.

Основным методом, используемым при разработке стратегии маркетинг-менеджмента в ИСК, должен стать «портфельный» метод, хорошо зарекомендовавший себя в зарубежной практике и апробированный, например, в сфере градостроительного проектирования. Этот метод опирается на принцип множественности вариантов стратегий, следующей за множественностью целей.

Предпринимательству, базирующемуся на современной маркетинговой концепции, всегда присуща множественность целей. Она проявляется, в первую очередь, в альтернативности процесса целеполагания, когда из множества целей выбирается одна, в наибольшей степени соответствующая принципам теории эффективности и результатам анализа стартовых условий стратегического управления. Эта цель определяет в конечном итоге возможность адекватной формулировки управленческой стратегии, так как стратегия, по определению, есть обоснованная программа действий, ориентированная на достижение определенной цели. Наличие цели позволяет трактовать стратегию как совокупность принципиальных положений, изложенных в конструктивной, приемлемой для практики форме.

Маркетинговая парадигма, лежащая в основе формирования стратегических управленческих решений, предъявляет особые требования к цепочке «цели – результаты», а вместе с ней и к формулировке обусловленных ею стратегий. Эти требования выражаются в необходимости использования (в качестве результирующих характеристик) показателей и параметров, отражающих рыночные позиции предприятий и фиксируемых в целевых установках.

К целям, присущим маркетинговым стратегиям управления, относятся:

— увеличение объема продаж и прибыли (в абсолютных и относительных показателях);

— овладение определенной долей рынка или рыночного сегмента;

— завоевание определенного положения в конкурентной среде;

— достижение социального эффекта (выраженного количественно или качественно), который позволяет достичь прироста имиджевых характеристик, выступающего в качестве основного формирующего элемента в использовании социально-этического маркетинга.

Взаимозависимость управленческой стратегии, целей, выдвигаемых в рамках этой стратегии, и показателя результата, достигаемого в случае реализации стратегических решений, иллюстрируют материалы Табл. 4.3.

Преобразовательные иски и конститутивные решения суда

ПРЕОБРАЗОВАТЕЛЬНЫЕ ИСКИ И КОНСТИТУТИВНЫЕ РЕШЕНИЯ СУДА

Хорунжий С. Н., кандидат юридических наук, преподаватель кафедры гражданского права и процесса Воронежского государственного университета.

Законодательство Российской Федерации предлагает множество способов защиты нарушенного или оспариваемого права. При этом иск остается одним из наиболее эффективных средств, обеспечивающих защиту и восстановление в гражданских правах. Суд, применяя действующие нормы права, оказывает, по мнению ряда исследователей, самое непосредственное влияние на содержание и структуру материальных правоотношений, создавая новые, изменяя и прекращая прежние. Основанием для таких утверждений являются процессуальные допущения существования, с одной стороны, преобразовательного иска как основания возбуждения гражданского дела, а с другой — конститутивного (преобразовательного) решения суда — результата его рассмотрения. Е. В. Васьковский, являясь, наверное, одним из первых российских ученых, теоретически обосновавших существование преобразовательных исков, указывал, что такие иски имеют целью «создание, изменение или прекращение юридических отношений» и по своему содержанию «распадаются на три категории: правосозидающие, правоизменяющие и правопрекращающие» . ——————————— Цит. по: Гражданский процесс: Хрестоматия: Учебное пособие. 2-е изд., перераб. и доп. / Под ред. М. К. Треушникова. М., 2005. С. 450.

Данные положения были восприняты и получили дальнейшее развитие в трудах ведущих ученых-процессуалистов советского времени — М. А. Гурвича, К. И. Комиссарова, Г. Л. Осокиной, Д. И. Полумордвинова и др. Противоположную точку зрения отстаивали М. Г. Авдюков, А. А. Добровольский, С. А. Иванова, А. Ф. Клейнман, З. Т. Новичкова, В. М. Семенов, Н. А. Чечина, К. С. Юдельсон. В современных работах процессуалистов и специалистов по гражданскому праву указывается на очевидность существования преобразовательных исков ввиду признания судебного решения в качестве основания возникновения гражданских прав и обязанностей (ст. 8 ГК РФ) . ——————————— Правильнее, наверное, говорить не о преобразовательных исках, но об исках о преобразовании, поскольку иск сам по себе ничего не преобразует, иск — это требование (в данном случае — требование об изменении или прекращении существующего правоотношения). —————————————————————— КонсультантПлюс: примечание. Монография М. И. Брагинского, В. В. Витрянского «Договорное право. Общие положения» (Книга 1) включена в информационный банк согласно публикации — Статут, 2001 (издание 3-е, стереотипное). —————————————————————— См., напр.: Рожкова М. А. 1) Судебный акт и динамика обязательств. М., 2003; 2) Понятие судебного решения в контексте статьи 8 ГК РФ // КонсультантПлюс, 2002; 3) Преобразовательные иски // Законодательство. 2001. N 3; Брагинский М. И., Витрянский В. В. Договорное право. Кн. 1. Общие положения. 2-е изд. М., 2005. С. 243, 439; Батова О. С. Проблемы классификаций судебных споров, связанных с воспитанием детей // Журнал российского права. 2005. N 6. С. 135 — 145.

В тех случаях, когда суд конкретизирует фактический состав и придает юридическую значимость тем или иным фактам (например, толкуя на основании представленных сторонами доказательств самые различные оценочные понятия), решения суда носят преобразовательный характер и судебное решение выступает в качестве «юридического факта материального права, объективируя в себе весь результат предшествующей судебной деятельности» . ——————————— Гражданский процесс: Учебник / Отв. ред. В. В. Ярков. М., 2004. С. 143.

Признание преобразовательных исков и конститутивных (потестативных) решений находит место и в учебной литературе, в частности, указывается, что под преобразовательными «понимаются иски о прекращении, изменении, а в ряде случаев и о возникновении нового материального правоотношения. Судебное решение в подобном случае выступает в качестве юридического факта материального права, которое изменяет структуру материального правоотношения» . Поэтому преобразовательный иск называют также конститутивным или иском о преобразовательном (конститутивном) решении. Предметом такого иска служит право истца односторонним волеизъявлением прекратить или изменить правоотношение. Основанием преобразовательного иска служат факты, с которыми связано возникновение правоотношения, подлежащего изменению или прекращению, а также факты, с которыми связана возможность осуществления преобразовательного правомочия на изменение или прекращение правоотношения. Содержанием преобразовательного иска называют требование к суду вынести решение о прекращении или изменении правоотношения . ——————————— Термин заимствован из болгарской теории: от лат. potestas — любой вид изменения, прекращения и иногда создания нового права (цит. по: Гурвич М. А. Судебное решение: теоретические проблемы. М., 1976. С. 16). Гражданский процесс: Учебник / Отв. ред. В. В. Ярков. С. 159. Гражданское процессуальное право: Учебник / Под ред. М. С. Шакарян. М., 2005. С. 204, 206.

В качестве примеров преобразовательных исков обычно приводят: — иски о признании брака недействительным (решение по делу прекращает соответствующие брачно-семейные правоотношения); — иски о выделении доли в праве собственности (судебное решение изменяет правовой режим имущества, переводя его из совместной в долевую собственность) ; ——————————— См. об этом также: Арбитражный процесс: Учебник / Отв. ред. В. В. Ярков. 2-е изд., перераб. и доп. М., 2003.

— иск о признании оспоримой сделки недействительной и др. . ——————————— Новоселова Л. А., Рожкова М. А. К вопросу о силе судебных актов арбитражного суда // КонсультантПлюс, 2003.

Если следовать доводам сторонников преобразовательных исков, существование конститутивных решений следует обосновать предоставленными (законом) суду дискреционными правомочиями определять права и обязанности и тем самым устанавливать новые юридические факты. Действующее законодательство содержит множество норм, наделяющих суд возможностью совершать юридически значимые действия, в частности: 1) решением суда может быть установлена долевая собственность на общее имущество (ст. 244 ГК РФ); 2) по решению суда допускается изменение договора в связи с существенным изменением обстоятельств, если расторжение договора противоречит общественным интересам либо влечет для сторон ущерб, значительно превышающий затраты, необходимые для исполнения договора на измененных судом условиях (ч. 4 ст. 451 ГК РФ); 3) суд вправе принять решение о признании несостоятельным (банкротом) индивидуального предпринимателя; с момента вынесения такого решения утрачивает силу его регистрация в качестве индивидуального предпринимателя (ч. 1 ст. 25 ГК РФ); 4) суд может вынести решение о государственной регистрации сделки, если одна из сторон уклоняется от этого (ч. 3 ст. 165 ГК РФ); 5) суд вправе обязать собственника жилого помещения обеспечить иным жилым помещением бывшего супруга и других членов его семьи, в пользу которых собственник исполняет алиментные обязательства, по их требованию (ст. 31 Жилищного кодекса РФ); 6) суд вправе в случаях, предусмотренных законом, принять решение о прекращении соответствующих прав на земельный участок (ч. 3 ст. 45 Земельного кодекса РФ) . ——————————— Законодательство содержит множество других примеров, аналогичных приведенным выше, в частности: признание права собственности на самовольную постройку (п. 3 ст. 222 ГК РФ); признание права муниципальной собственности на бесхозяйную вещь (п. 3 ст. 225 ГК РФ); см. также ст. ст. 61, 333, 446, 450, 453 ГК РФ, ст. ст. 29, 84 ЖК РФ и др.

Сторонники существования преобразовательных исков и конститутивных решений суда в обоснование своей позиции приводят следующие аргументы: 1) признание решения суда в качестве основания возникновения и прекращения гражданских прав и обязанностей (ст. ст. 8, 12 ГК РФ) и придание судебному решению значения юридического факта; 2) правомочие суда на установление содержания оценочных категорий закона применительно к конкретным обстоятельствам рассматриваемого дела: признание условий существенными (угрозы принуждения к заключению договора), причин — уважительными; квалификация нарушений условий договора как существенных (ст. 450 ГК РФ), обстоятельств — как надлежащих. В связи с тем что выделение преобразовательных исков и констатация существования потестативных решений суда представляются нам спорными, рассмотрим подробнее приведенные выше аргументы. Возможность признания за судебным решением значения юридического факта в науке гражданского процессуального права оценивается неоднозначно . Так, по мнению М. Г. Авдюкова, «судебное решение. не заключает в себе ни нормативного характера права, ни правообразующего характера юридических фактов» . Противоположной точки зрения придерживался М. А. Гурвич, который дал обстоятельный анализ и привел последовательную аргументацию в пользу существования преобразовательных исков и, как следствие, признания за судебным решением значения юридического факта. По его мнению, преобразовательное решение предусматривается нормой материального права и приобретает значение юридического факта материального права, с которым связываются материально-правовые последствия . ——————————— См., напр.: Красавчиков О. А. Юридические факты в советском гражданском праве. М., 1958. С. 129 — 143. Авдюков М. Г. Судебное решение. М., 1959. С. 21. Гурвич М. А. Судебное решение. С. 39.

Дискутируя с ним, М. Г. Авдюков указывал, что «юридическими фактами. являются не судебные решения, а факты, происшедшие «до и вне процесса». Судебное решение никогда не выступает в качестве материально-правового юридического факта, преобразующего права; оно всегда — акт правосудия, защищающий права» . ——————————— Авдюков М. Г. Судебное решение. С. 25.

А. А. Добровольский и С. А. Иванова, отрицая значение юридического факта за судебным решением, рассматривали последнее как «средство принудительной реализации тех правомочий, которые существуют у истца в реальной действительности благодаря юридическим фактам, имевшим место до суда и независимо от суда» . ——————————— Добровольский А. А., Иванова С. А. Основные проблемы исковой формы защиты права. М., 1979. С. 80 — 81.

По мнению М. А. Рожковой, законодатель, включив судебное решение в перечень оснований возникновения гражданских прав и обязанностей, закрыл дискуссию о том, может ли судебное решение рассматриваться как юридический факт . Действительно, в соответствии со ст. 8 ГК РФ решение суда является одним из оснований возникновения гражданских прав и обязанностей. Об этом говорит и сложившаяся судебная практика. В частности, в одном из постановлений Федерального арбитражного суда Московского округа указано, что «значение подп. 3 ч. 2 п. 1 ст. 8 ГК РФ, устанавливающего, что гражданские права и обязанности возникают из судебного решения, состоит в признании и юридическом закреплении в материально-правовом законе судебного решения в качестве юридического факта, устанавливающего гражданские права и обязанности. » . ——————————— Рожкова М. А. Судебный акт и динамика обязательства. С. 23 — 34. Постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 6 июня 2005 г. N КГ-А40-4597-05 (официально не опубликовано) // СПС «КонсультантПлюс».

Нормы права, аналогичные ст. 8 ГК РФ, содержатся во многих нормативных актах. В частности, ст. 10 Жилищного кодекса РФ рассматривает судебное решение как основание возникновения жилищных прав и обязанностей. Земельный кодекс РФ среди способов защиты прав на земельный участок отдельно выделяет признание права на земельный участок: судебное решение, установившее право на землю, является юридическим основанием, при наличии которого органы государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним обязаны осуществить государственную регистрацию права на землю или сделки с землей (ст. 59). Трудовой кодекс РФ в качестве основания возникновения трудовых отношений устанавливает судебное решение о заключении трудового договора (абз. 7 ст. 16) . Приведенные положения дают основания ряду исследователей рассматривать судебное решение в качестве источника возникновения соответствующих прав и обязанностей. ——————————— Подобные положения содержатся и в других кодексах, которые рассматривают судебное решение как основание возникновения соответствующих прав и обязанностей: ст. 23 Лесного кодекса, ст. 43 Водного кодекса и др.

Закон не случайно говорит об основаниях, а не об источниках. В последнем случае речь должна была бы идти о признании судебного решения как самостоятельного источника прав и обязанностей наряду с законом и иными нормативными правовыми актами. Однако решение суда является результатом строго формализованной процессуальной деятельности по применению норм права при разрешении гражданского спора (ст. ст. 11 — 12, 363 — 364 ГПК РФ, а также ст. ст. 13, 270, 288, 304 АПК РФ). Решение суда является основанием возникновения прав и обязанностей только в случаях, прямо предусмотренных законом. Примечательно, что даже сторонник преобразовательных исков Е. В. Васьковский указывал, что «преобразовательные иски могут быть допускаемы только в тех случаях, когда это специально разрешено законом» . Он же (закон) определяет содержание конкретных прав и обязанностей. ——————————— Цит. по: Гражданский процесс: Хрестоматия: Учебное пособие / Под ред. М. К. Треушникова. С. 450.

Следует также отметить недопустимость смешения оснований возникновения гражданских прав и обязанностей (ст. 8 ГК) и процессуальной цели как критерия выделения преобразовательных исков . Цель деятельности суда состоит не в преобразовании общественных отношений, но прежде всего в обеспечении защиты нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов. ——————————— В юридической литературе были высказаны замечания о том, что классификация по процессуальной цели фактически является классификацией по способу защиты права. См. об этом: Осокина Г. Л. Проблемы иска и права на иск. Томск, 1989. С. 66 — 71.

Процессуальная цель достигается с помощью решения определенных в законе задач гражданского судопроизводства: правильное и своевременное рассмотрение и разрешение гражданских дел; обеспечение доступности правосудия; справедливое публичное судебное разбирательство в установленный законом срок независимым и беспристрастным судом; укрепление законности и правопорядка, предупреждение правонарушений; формирование уважительного отношения к закону и суду; содействие становлению и развитию партнерских деловых отношений, формированию обычаев и этики делового оборота (ст. 2 ГПК РФ, ст. 2 АПК РФ) . ——————————— Подробнее о целях и задачах см., напр.: Дегтярев С. Л. Содержание деятельности судебной власти // Российский ежегодник гражданского и арбитражного процесса. N 4. 2005. С. 152 — 174; Некрошюс В. Цели гражданского процесса: установление правды или примирение сторон // Там же. С. 7 — 14.

Исходя из этого, можно выделить восстановительную, регулятивную, охранительную и воспитательную функции судебного решения. Преобразовательная функция непосредственно из закона не вытекает. В этом смысле преобразование (если допустить его существование) можно рассматривать как заключительный элемент механизма правового регулирования, обеспечивающего защиту оспариваемых субъективных гражданских прав. С точки зрения такого понимания, вполне справедливым представляется мнение О. А. Красавчикова, который говорил, что «судебное решение обычно выступает в качестве правоустанавливающего факта, т. е. замыкающего элемента юридического состава. Юридические последствия наступают лишь при завершенном составе. В силу этого и создается обычно впечатление, якобы судебное решение само, независимо от правоподготавливающих юридических фактов, порождает правовые последствия» . ——————————— Красавчиков О. А. Категории науки гражданского права: Избранные труды: В 2 т. Т. 2. М., 2005. С. 196. См. также: Иванова З. Д. Юридические факты и возникновение субъективных гражданских прав // Советское государство и право. 1980. N 2. С. 31 — 39.

Отметим также следующее. В процессуальном законодательстве термин «устанавливать» (употребленный в ст. 8 ГК РФ) используется как синоним не только слов «создавать», «предусматривать», но и «выявлять», «обнаруживать». Достаточно сказать, например, о таких процессуальных действиях, как установление прав и обязанностей лиц, участвующих в деле (ст. 168 АПК); установление спора о праве (ст. 263 ГПК); установление новых фактов и правоотношений (ст. ст. 327, 347 ГПК); установление наличия или отсутствия определенных оснований (ст. ст. 232, 238, 243 АПК). В приведенных случаях речь идет о выявлении, обнаружении, но не о формировании судом своих собственных судебных фактов, правоотношений, обстоятельств или оснований. Поэтому, как представляется, в контексте ст. 8 ГК РФ речь идет не об установлении (создании) в решении суда новых прав и обязанностей (и, как следствие, юридических фактов), но о выявлении существующих, об их оформлении своим решением. Суд не наделяет лиц, участвующих в деле, новыми правами, но выявляет те, которыми они обладают в силу закона, и в случае их нарушения санкционирует надлежащее исполнение предоставленных нормой права полномочий. Поэтому преобразование наступает не вследствие судебного решения, а в результате исполнения нормы права . Суд предоставляет защиту тем интересам, которые предусмотрены законом: «Назначение суда — применять закон к разрешению возникшего между сторонами спора», — писал Е. А. Нефедьев . Такое понимание вполне соответствует природе судебной власти и статусу суда как органа государственной власти, наделенного исключительными полномочиями по осуществлению правосудия (ст. 1 Федерального конституционного закона от 31 декабря 1996 г. N 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации») . ——————————— Непосредственно о преобразовании правоотношений, вероятно, можно говорить, если допустить существование у суда правообразующей функции в регулировании общественных отношений, однако эти вопросы выходят за рамки настоящей статьи. Нефедьев Е. А. Избранные труды по гражданскому процессу. Краснодар, 2005. С. 70, 73. СЗ РФ. 1997. N 1. Ст. 1.

С помощью иска сторона получает возможность реализовать уже предоставленные законом, но нарушенные или оспариваемые права: иск есть не что иное, как право лица осуществлять судебным порядком принадлежащее ему требование (Дигесты). Действительно, преобразовательные иски можно отнести либо к искам о присуждении, либо к искам о признании: «Суд не преобразовывает и не изменяет правоотношение, а лишь охраняет уже существующие права — подтверждает право на развод, право собственности на имущество и т. д.» . ——————————— Саломатова Т. Виды исков о наследстве // Российская юстиция. 2001. N 7.

В решении суда «проявляется не субъективное гражданское право, а конкретное веление объективного права» . Поэтому судебное решение не может быть рассмотрено как юридический факт, преобразующий общественные отношения: суд, осуществляя правоприменение, дает юридическую оценку уже преобразованным общественным отношениям, фиксируя (санкционируя) их и придавая им статус правоотношения. ——————————— Нефедьев Е. А. Избранные труды по гражданскому процессу. С. 79.

По мнению Е. А. Нефедьева, судебная защита состоит в констатировании того, что интерес или воля защищены конкретным решением объективного права. Поэтому нет необходимости придавать решению правопроизводящую силу . ——————————— Там же. С. 86, 88, 92.

Правоотношение изменяется не потому, что суд трансформирует его своим решением, а потому, что закон указывает на возможность преобразования правоотношения (при наличии надлежащих условий). Установление и констатация таких условий отнесены к компетенции суда. Актом, выражающим это, является судебное решение. Наделение суда правомочиями по изменению или прекращению правоотношения влечет за собой признание за ним активной роли в такой степени, которая по действующему законодательству РФ ему не свойственна. Судебное решение как акт применения права приобретает значение подзаконного регулятора общественных отношений, что представляется не вполне правильным. Суд оказывает воздействие на структуру и динамику общественных отношений , но не в силу устанавливаемого судебным решением юридического факта, а в результате действия законной силы судебного решения. ——————————— См., напр.: Рожкова М. А. Судебный акт и динамика обязательств.

В юридической литературе нет единого понимания законной силы судебного решения. Законную силу судебного решения раскрывают как «устойчивость и способность к осуществлению» решения; как непосредственное проявление действия нормы права ; как «особое правовое действие материально-правового и гражданского процессуального закона в конкретном акте правосудия» ; как совокупность трех качеств — неопровержимости, исключительности и обязательности судебного акта . ——————————— Авдюков М. Г. Судебное решение. С. 137. Курс советского гражданского процессуального права / Под ред. А. А. Мельникова. Т. 2. М., 1981. С. 226. Громов Н., Кечеруков С. Законная сила судебного решения // Законность. 1999. N 2. Березий А., Мусин В. О преюдиции судебных актов // Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ. 2001. N 6.

Причиной столь широкого понимания законной силы судебного решения является не столько отсутствие легального определения данной правовой категории в текстах процессуальных законов, сколько многомерность (с точки зрения правового и семантического содержания) этого понятия. Действие законной силы близко к действию юридической силы правового акта. В то же время, как справедливо отмечается в литературе, понятие законной силы не совпадает и с понятием юридической силы: всякий акт, принятый с соблюдением правил, предписываемых законом для его постановления, обладает законной силой, и она в данном случае означает не что иное, как юридическую силу акта . Такой юридической силой обладает и решение суда. Однако есть и принципиальные отличия. Думается, что действие юридической силы в праве вообще представляет собой особое правовое состояние следования статусу субъекта, издавшего данный акт в соответствии с его компетенцией. При этом решения суда не могут подменять законодательную деятельность органа, издавшего акт. ——————————— Черкасов А., Громов Н. Законная сила судебного решения в арбитражном процессе // Законность. 2001. N 9. С. 45.

Так, в рамках производства по делам, возникающим из публичных правоотношений (гл. 24 ГПК РФ, гл. 23 АПК РФ), суд наделен правом принимать соответствующие постановления, напрямую воздействующие на юридическую силу законодательного акта. Статьи 12 и 13 ГК РФ допускают возможность признания судом недействительным акта государственного органа или органа местного самоуправления . Разъясняя данные нормы права, Верховный Суд РФ указал, что из содержания ч. 1 ст. 13 ГК РФ следует, что «недействительным признается нормативный акт (или ненормативный акт), не соответствующий закону или иным правовым актам и нарушающий права и охраняемые законом интересы гражданина или юридического лица. То есть признание нормативного акта недействительным в силу его несоответствия закону или иным правовым актам приравнивается в данном случае к признанию нормативного акта недействующим. » . ——————————— Земельный кодекс РФ воспроизводит положения абз. 5 ст. 12 и ст. 13 ГК РФ, предусматривая возможность признания недействительным акта органов исполнительной власти или местного самоуправления, не соответствующего закону и нарушающего земельные права и интересы гражданина или юридического лица (ст. 61). Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 24 апреля 2002 г. N 84пв-01 (официально не опубликовано) // СПС «КонсультантПлюс».

Иное толкование дает Конституционный Суд РФ. В Постановлении от 11 апреля 2000 г. N 6-П проведено отграничение признания закона недействующим от признания его недействительным . При этом четко определено, что решение суда общей юрисдикции не может признавать нормативный акт, в частности закон субъекта, недействительным, утратившим юридическую силу, но допускается признание его «недействующим и, следовательно, с момента вступления решения суда в силу не подлежащим применению» . ——————————— Постановление Конституционного Суда РФ от 11 апреля 2000 г. N 6-П «По делу о проверке конституционности отдельных положений пункта 2 статьи 1, пункта 1 статьи 21 и пункта 3 статьи 22 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» в связи с запросом Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации» // СЗ РФ. 2000. N 16. Ст. 1774. Постановление Конституционного Суда РФ от 11 апреля 2000 г. N 6-П «По делу о проверке конституционности отдельных положений пункта 2 статьи 1, пункта 1 статьи 21 и пункта 3 статьи 22 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» в связи с запросом Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации» // СЗ РФ. 2000. N 16. Ст. 1774. При этом Конституционный Суд РФ встал на достаточно зыбкую аргументацию такого разделения, указав, что «различия в юридических последствиях признания закона субъекта Российской Федерации недействительным и признания закона субъекта Российской Федерации недействующим обусловлены различиями между его несоответствием Конституции Российской Федерации и несоответствием федеральному закону» (Там же). См. также: Постановление Конституционного Суда РФ от 27 января 2004 г. N 1-П «По делу о проверке конституционности отдельных положений пункта 2 части первой статьи 27, частей первой, второй и четвертой статьи 251, частей второй и третьей статьи 253 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросом Правительства Российской Федерации» // СЗ РФ. 2004. N 5. Ст. 403.

Раскрывая юридическую силу решений судов общей юрисдикции и арбитражных судов, Конституционный Суд РФ указал на ряд признаков, отличающих правовое действие этих актов: а) решения судов общей юрисдикции и арбитражных судов не обязательны для других судов по другим делам; б) они могут быть оспорены в установленных федеральным законом процессуальных формах; в) законом не предусмотрена обязательность официального опубликования этих решений; г) закон указывает на обязательность следования им при разрешении других дел (преюдиция) . ——————————— См. п. 4 Постановления Конституционного Суда РФ от 16 июня 1998 г. N 19-П.

Таким образом, Конституционный Суд РФ особо подчеркивает правоприменительный характер актов судов общей юрисдикции и арбитражных судов. Поэтому даже судебный нормоконтроль осуществляется в рамках правоприменения нормативных актов, имеющих большую юридическую силу. Изучение этого вопроса приводит к мысли о том, что правовое действие решения суда близко к юридической силе закона. На схожесть в действии юридической силы судебного акта и нормы права указал в одном из своих постановлений Конституционный Суд РФ, подчеркнув, что только его решения, признающие неконституционными и утратившими силу нормативные акты, «имеют такую же сферу действия во времени, пространстве и по кругу лиц, как решения нормотворческого органа, и, следовательно, такое же, как нормативные акты, общее значение, не присущее правоприменительным по своей природе актам судов общей юрисдикции и арбитражных судов» . Лишение акта юридической силы возможно только по решению самого законодательного органа, издавшего акт, или же в порядке конституционного судопроизводства . Таким образом, на стыке принципа законности возникает конкуренция двух правовых конструкций: юридической силы нормативного правового акта и законной силы постановления суда. ——————————— Постановление от 16 июня 1998 г. N 19-П «По делу о толковании отдельных положений статей 125, 126 и 127 Конституции Российской Федерации» // СЗ РФ. 1998. N 25. Ст. 3004. См., напр.: Постановление Конституционного Суда РФ от 11 апреля 2000 г. N 6-П.

Поэтому следует согласиться с тем, что понятие законной силы не совпадает с понятием юридической силы, поскольку всякий акт, принятый с соблюдением правил, предписываемых законом для его постановления, обладает такой силой, и эта «законная сила» является проявлением юридической силы законодательного акта . Как справедливо отмечал Н. Б. Зейдер, «вступившее в законную силу судебное решение становится. как бы законом для. конкретного случая», является «выражением закона применительно к данным конкретным правоотношениям» . Следовательно, законная сила судебного постановления представляет собой проявление силы закона по поводу конкретного частного случая. Именно по этой причине «в законную силу» вступают только акты суда, в то время как нормативные правовые акты, договоры и т. п. — просто «в силу» (ст. ст. 7, 13, 61, 72, 76, 134, 209, 244, 250 ГПК РФ; ст. ст. 16, 69, 150, 180, 304, 307 АПК РФ). ——————————— Черкасов А., Громов Н. Законная сила судебного решения в арбитражном процессе. С. 45. Зейдер Н. Б. Судебное решение по гражданскому делу. М., 1966. С. 113 — 114.

Представляются верными высказывания ученых, указывающих, что правоотношение изменяется не вследствие вынесения судебного решения, а после вступления его в законную силу . Наличие законной силы отличает судебное решение от иных правоприменительных актов по характеру своего воздействия на существующие правоотношения. Именно законная сила «оказывает воздействие на определенные правоотношения как норма права в действии, как норма права, примененная судом» . ——————————— Авдюков М. Г. Судебное решение. С. 23; Чечина Н. А. Норма права и судебное решение // Российский ежегодник гражданского и арбит ражного процесса. 2002 — 2003. N 2. С. 684. Чечина Н. А. Норма права и судебное решение // Российский ежегодник гражданского и арбитражного процесса. 2002 — 2003. N 2. С. 721.

Содержание решения суда определяется содержанием норм закона, которые суд применяет. Поэтому воздействие судебного решения на правоотношения состоит не в создании новых или прекращении существующих правоотношений, но в выявлении правоотношений, действительно имевших место между сторонами, в принуждении к исполнению соответствующих обязанностей и, как следствие, в приведении рассматриваемого судом правоотношения к состоянию бесспорности . В Уставе гражданского судопроизводства 1864 г. указывалось, что цель судебного решения — «установить бесспорно спорное юридическое отношение между сторонами» . ——————————— Там же. С. 685 — 689. Цит. по: Победоносцев К. П. Судебное руководство. М., 2004. С. 62.

Трудно согласиться с мнением ряда ученых, полагавших, что сущность судебной защиты состоит в выданном судом приказе, который дополняет содержание нормы права указанием о ее принудительном исполнении . Такой подход к пониманию существа судебного решения справедливо подвергался критике (М. Г. Авдюков, А. Ф. Клейнман и др.). Выдачей приказа спор не устраняется — дается обязательное указание (веление) по исполнению нормы закона. В научной литературе неоднократно отмечалось, что авторитет нормы закона не должен ставиться в зависимость от судебного решения как акта органа государственной власти. Напротив, сила самого судебного постановления обусловлена юридической силой нормы закона и поэтому не зависит от приказа суда . ——————————— Нефедьев Е. А. Учебник русского гражданского судопроизводства. С. 18; Зейдер Н. Б. Судебное решение по гражданскому делу. С. 17 — 21. Н. А. Чечина уточняет, что если и можно говорить о приказе, то под ним следует понимать «установление конкретного непосредственного порядка исполнения обязанностей, предусмотренных самой нормой права» (Чечина Н. А. Норма права и судебное решение. С. 698). Вероятно, о приказе также можно говорить применительно к исполнению решения суда судебными приставами-исполнителями (но не к исполнительному производству в целом). См. также: Авдюков М. Г. Судебное решение. С. 18 — 20.

Думается, что именно указанный выше элемент публично-правового приказания судебного решения был воспринят и оценен как проявление юридического факта. Преобразовательное решение не приобретает значения юридического факта, поскольку юридическим фактом являются конкретные жизненные обстоятельства, признаваемые законом; существование таких обстоятельств — основа для вынесения соответствующего решения суда, но не наоборот. Как справедливо отмечал С. С. Алексеев, «ни одно юридическое последствие непосредственно из нормы права не вытекает. Здесь везде необходимы юридические факты — конкретные жизненные обстоятельства, предусмотренные юридическими нормами» . Таковыми являются, например, существенное нарушение условий договора, послужившее основанием для изменения или расторжения договора и наделяющее добросовестную сторону правом потребовать возмещения убытков, причиненных изменением или расторжением договора (ч. 5 ст. 453 ГК РФ). ——————————— Алексеев С. С. Общая теория права: В 2 т. Т. II. М., 1982. С. 164.

Однако наличие у субъекта субъективного гражданского права и реализацию этого права, конечно, следует различать : лицо может иметь право на расторжение договора в судебном порядке, но не воспользоваться им. В случае обращения в суд за реализацией предоставленного законом права на прекращение правоотношений судебное решение выступает элементом сложного юридического состава, а заключенный договор и обстоятельства его нарушения — юридическими фактами, наделяющими субъекта правомочием в силу закона требовать защиты нарушенного права в судебном порядке. ——————————— Гурвич М. А. Судебное решение: теоретические проблемы. С. 36.

Решение суда юридически подтверждает произошедшее изменение договорных отношений (их нарушение одним из контрагентов) и оформляет (санкционирует) их расторжение в силу прямого указания закона (ч. 2 ст. 450 ГК РФ). Вне судебной юрисдикции такие действия не могли быть совершены в силу того, что недобросовестная сторона противодействует другой — не признает нарушения прав со своей стороны и одновременно требует исполнения обязанностей по договору от контрагента. Суд, приняв решение о расторжении договора, применил норму объективного права (ГК РФ) и реализовал субъективное право истца. Показательно рассмотренное Верховным Судом РФ дело о расторжении брака. Рыбников В. П. обратился в суд с иском к Рыбниковой Л. П. о расторжении брака, ссылаясь на то, что супружеские отношения с ответчицей прекращены более трех лет назад и что он имеет другую семью. Решением городского суда брак был расторгнут. Постановлением президиума областного суда решение городского суда было отменено со ссылкой на нарушение судом при рассмотрении дела правил о подсудности и об извещении сторон о времени и месте слушания дела; дело было возвращено в тот же суд на новое рассмотрение. Спустя три месяца определением судьи производство по делу было прекращено в связи со смертью Рыбникова В. П. и недопустимостью правопреемства по данному делу. В надзорной жалобе Рыбниковой (Кузьминой) Е. М., с которой Рыбников В. П. после развода с ответчицей Рыбниковой Л. П. зарегистрировал новый брак, был поставлен вопрос об отмене постановления президиума областного суда и последующих судебных постановлений как вынесенных с нарушением норм материального и процессуального права. Судебная коллегия Верховного Суда надзорную жалобу удовлетворила, судебные постановления отменила по следующим основаниям. Из материалов дела следует, что после решения городского суда о расторжении брака был зарегистрирован новый брак Рыбникова В. П. с Рыбниковой Е. М. Данное обстоятельство, по мнению суда, свидетельствует о том, . что семейные отношения Рыбникова В. П. с Рыбниковой Л. П. на момент вынесения оспариваемого постановления суда надзорной инстанции были и юридически, и фактически прекращены. Восстановление этих отношений в форме отмены решения суда о расторжении брака законным быть признано не может, в том числе в силу того, что на момент внесения протеста и вынесения постановления президиума областного суда Рыбников В. П. умер. Судебная коллегия Верховного Суда указала, что суд надзорной инстанции не мог пересмотреть исполненное решение суда первой инстанции, в том числе в связи с тем, что после расторжения брака с Рыбниковой Л. П. Рыбников В. П. зарегистрировал новый брак с Рыбниковой Е. М. При указанных обстоятельствах дела выводы президиума областного суда о том, что дело было рассмотрено с нарушением правил о подсудности и об извещении участвующих в деле лиц о месте и времени судебного разбирательства, основаниями для возбуждения надзорного производства и отмены решения суда по данному делу не являются . ——————————— Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 26 марта 2004 г. N 16-В03-9 // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2004. N 10. С. 2 — 3.

Как следует из приведенного примера, решение суда о расторжении брака лишь юридически оформило факт прекращения семейных отношений и распад семейного союза. Оценка значения возникших жизненных обстоятельств различна в зависимости от правоотношений, в поле регулирования которых они попадают. Например, для семейных отношений расторжение брака — факт, свидетельствующий о распаде семьи; для гражданских правоотношений данный юридический факт порождает целый комплекс известных имущественных последствий; для уголовных правоотношений факт расторжения брака не имеет юридического значения, если отсутствует связанный с этим (прямо или косвенно) состав преступления. Думается, что решение суда все же является юридическим фактом, но не материального, а процессуального права. Юридическими последствиями существования такого процессуального факта являются, в частности: — право обжаловать вынесенное судом постановление; — приобретение судебным постановлением юридической силы (до вступления его в законную силу), которая является основанием для немедленного исполнения решения суда; — невозможность отмены или изменения решения, которое не вступило в законную силу, судом, его постановившим; — прекращение процессуальных отношений между сторонами и судом после вступления в законную силу решения суда. Решение суда как процессуальный юридический факт имеет и другие процессуальные последствия, но для материальных отношений судебное постановление приобретает свое юридическое значение вследствие действия законной силы. Законная сила решения суда является конституирующим элементом применения права, в том числе в случае преобразования общественных отношений и придания им статуса измененных (новых) правоотношений. Поэтому законную силу судебного постановления можно рассматривать в качестве правового фундамента — основания возникновения гражданских прав и обязанностей. С учетом проведенного выше краткого анализа действующего законодательства России, определяющего конституционную природу исключительности судебной власти и юридическое существо судебного решения, выделение преобразовательных функций судебного решения и, как следствие, полномочий по вынесению конститутивных решений представляется преждевременным.

Это интересно:

  • Проверка штрафов по номеру паспорта Проверка и оплата задолженности судебных приставов (ФССП) Контролируйте долги автоматически Мобильное приложение Отслеживайте штрафы, налоги и долги приставов в режиме реального времени Добавляйте в приложение несколько автомобилей и водителей Платите банковской картой или Apple […]
  • Правило важеля Народна Освіта Уже давно відомо, що важке тіло підняти значно легше, якщо просунути під нього міцний стрижень — лом. У цьому випадку лом відіграватиме роль простого механізму — важеля. Важіль — це тверде тіло, яке може обертатися навколо нерухомої осі — осі обертання. Лом, лопата (рис. […]
  • Будут ли повышаться пенсии в 2018г Пенсии с 1 июля 2018 года В связи с активными обсуждениями предстоящих изменений в пенсионной системе России, направленных на повышение доходов российских пенсионеров, среди населения активно распространяется информация о возможном повышении пенсии с 1 июля 2018 года. Однако, к […]
  • Единый налог заплатить Фрилансим легко Два способа оплатить единый налог через интернет Кто-то перешел на онлайн-оплату всех счетов, в том числе налогов, очень давно, как только подобная услуга появилась у владельцев карт в 2012. Кто-то только сейчас готов отказаться от хождения по кабинетам и привычных […]
  • Выдача пенсии с 15 по Средняя пенсия в 2019 году при повышении пенсионного возраста вырастет до 15,4 тыс. рублей По словам главы Минтруда Максима Топилина, к концу этого года ежемесячная средняя пенсия составит 14 тыс. 414 рублей МОСКВА, 25 июня. /ТАСС/. Средняя пенсия в 2019 году в случае повышения […]
  • Ставка налога на прибыль за 2013 год в россии Ставки налогов в 2013 году в России. Настоящий текст, представляет собой краткую упрощенную справку по ставкам основных налогов, действующим в России в 2013 году. Текст не претендует на всеохватность и идеальную точность, за которыми следует обращаться напрямую к текстам законов о […]
  • Как вывезти ребенка за границу без разрешения Как вывезти ребенка за границу без согласия отца, местонахождение которого неизвестно? Если несовершеннолетний ребенок выезжает из РФ с одним из родителей (усыновителем, опекуном или попечителем), то согласие второго родителя на такой выезд, по общему правилу, не требуется (ст. 20 Закона […]
  • Транспортный налог в кургане Транспортный налог в Кургане Воспользуйтесь калькуляторов транспортного налога в Кургане для получения суммы налога. Калькулятор учитывает регион расчета, а также характеристики автомобиля и выдает результат с минимальной погрешностью. Регион расчета - Курганская область. Калькулятор […]

Author: admin